По правде говоря - Екатерина Риз

Наверное, в моих глазах было столько сомнения, что Гришка меня подбодрил:

- Я скажу тебе правду. О себе. Не об Андрее.

Мне показалось на одну короткую секунду, что я задохнусь. Поймала себя на том, что дыхание остановилось. Поняла, что произнести имя Ксени попросту не смогу. Не знаю почему, но меня обуял жуткий страх. И я ляпнула первое, что пришло в голову:

- Ты когда-нибудь влюблялся? По-настоящему?

Гришкин взгляд был столь красноречивым, он разулыбался, видимо, я ему этим вопросом польстила.

- Конечно, - ответил он.

- Не верю, - вырвалось у меня, и я отвернулась. Не удержалась и спросила: - Какая она была?

- Красивая, - усмехнулся он. – Молодая. Всё, как и положено в юности.

- И сколько же тебе было лет… в той юности?

- Лет пятнадцать-шестнадцать.

Стало горько. Говорил он явно не о моей сестре.

- А после?

- После я стал злым и черствым, - засмеялся он. – Женщин много, а я такой один.

- Действительно, - пробормотала я в сторону.

- У тебя красивые волосы, - вдруг сказал он. Подцепил пальцем прядь моих волос, я даже дёрнулась от неожиданности. – Мне всегда нравились рыжие. Они страстные и отчаянные.

- Вот и женился бы на рыжей, - огрызнулась я.

- Не встретилась мне такая, - снова посмеялся он. Гришкина манера без конца насмешничать здорово раздражала и, как я понимаю, не только меня, а всех вокруг. Но он внимания не обращал. Видимо, искренне считал, что его не любят из-за того, что он не стесняется говорить людям правду. Правда о нём самом его интересовала мало. С такими людьми трудно общаться и что-то им доказать.

- Правда, не встретилась? – переспросила я, неожиданно осмелев. Даже посмотрела ему прямо в глаза, с вызовом.

Он молчал, вглядывался в моё лицо, затем передёрнул плечами. Что-то такое мелькнуло в его глазах – то ли тень узнавания, то понимания, то ли догадка, потому что смотрел Гришка на меня чересчур серьёзно, ему это было не свойственно. И я испугалась. Поспешила подняться на ноги, нервно провела ладонями по животу, разглаживая примявшуюся ткань платья. Сказала:

- Я пойду. Андрей меня, наверное, потерял.

Гриша ничего не ответил. Так и сидел на траве, с насмешкой поглядывал на меня снизу. А я махнула мальчикам на прощание рукой и пошла по тропинке к калитке. Сердце колотилось где-то в горле. Я даже обхватила горло пальцами, сделала глубокий, какой-то судорожный вдох. И первой кого увидела, завернув за угол дома, оказалась Света. Она стояла на крыльце и будто ждала моего появления. Взгляд сразу упёрся в моё лицо.

- Всё в порядке? – спросила она.

Я кивнула. Руку от горла убрала.

- Где мой муж? – задала она ещё один вопрос. И будто голосом подчеркнула: «муж». Словно, подозревала, что я на её мужа позариться могу.

Я медленно поднялась по ступеням на веранду, поравнялась с ней.

- На озере с мальчиками.

- Он тебе что-то сказал?

Я встретила её взгляд и спокойно качнула головой.

- Нет. Я просто гуляла.

Я открыла дверь и услышала голос Андрея. Он всё ещё говорил с кем-то по телефону, сидя за столом на кухне, перед открытым ноутбуком. Я мгновение смотрела на его затылок, после чего прикрыла дверь обратно. Опять повернулась к Светлане. Постаралась быть доброжелательной, хотя, её обвиняющий, подозрительный взгляд к этому совсем не располагал.

- Света, я слышала, вы занимаетесь творчеством. – Её брови удивлённо взлетели вверх, и мне пришлось пояснить: - Я видела панно в квартире Андрея. Из обрывков фотографий.

- Это не обрывки. Это тщательно подобранные фрагменты. Как пазл.

- Да, конечно, я неправильно выразилась. Но это масштабная и трудоёмкая работа, меня это поразило.

- Психологи порой советуют собрать в стопку снимки того, что вас расстраивает или радует, разделить всё это на части и создать из этого что-то новое.

- Интересно, - проговорила я, делая вид, что обдумываю её слова. – А то, что на стене у Андрея висит, это вас расстраивало или радовало? Что это за фотографии?

- Какая разница? – Светлана совершенно не желала идти со мной на контакт, даже после того, как я решила ей польстить. – Всё это превратилось в картину. Я это отпустила.

Судя по её интонациям, то произведение её творческого подхода, что досталось Андрею, изначально несло собой негативную энергетику. Милый подарочек, ничего не скажешь. Или это было сделано с умыслом?

- Я сама человек не творческий, - сказала я. – Мне всегда интересно, как люди могут из ничего сделать какую-нибудь красоту. Вот и спрашиваю.

- Мы очень близко общаемся с Аниной семьёй. Она сама и её родители – замечательные люди. А у её мамы золотые руки и невероятное воображение. Истинный пример для подражания.

Понятно, меня снова попытались ткнуть тем, что я, такая нехорошая, всё испортила. Поначалу я хотела промолчать, но затем решила, что, скорее всего, нам со Светой придётся встретиться ещё не раз, поэтому неплохо бы изначально расставить всё по своим местам.

- Света, вы зря меня вините в сложившейся ситуации. Я не уводила Андрея от его невесты. Я даже не знала про неё.

- Конечно, не знала. – Света зло кивнула. – Зачем о таком даже задумываться? В вашем провинциальном городе появляется потенциальный жених, видный и обеспеченный, разве важно, что у него невеста? Да даже если и жена, да?

- Глупости говорите. – Я начала выходить из себя из-за необоснованных претензий, что сыпались на меня. – Вы понятия не имеете, как мы с Андреем познакомились и почему я, вообще, здесь.

Она пренебрежительно махнула на меня рукой.

- Всё я знаю. Скромная девушка в очках, ловко оперирующая цифрами. Сумела произвести впечатление.

- А если и так? – Ей всё-таки удалось вывести меня из себя. – Что в этом плохого? Что плохого в том, что Андрею понравилась другая, не Аня? Почему вы считаете, что они были бы счастливы, поженившись? Если они не были счастливы до этого? Только потому, что она ваша подруга, а у её мамы выдающееся воображение? По всей видимости, у вас, Света, с воображением тоже всё хорошо.

- Что ты имеешь в виду?

- Вы же придумали себе идеального мужа?

Она открыла рот, не сразу собравшись с мыслями, чтобы что-то сказать, а я не стала дожидаться ответной колкости, дёрнула на себя дверь и вошла в дом. В этот раз я сделала это решительно и достаточно громко, Андрей сразу на меня обернулся. А я спросила:

- Когда мы поедем?

Конечно, он видел за моим плечом Свету с крайне недовольным лицом, тут же всё понял и, отведя телефон от уха, мне пообещал: